Какова разница между теорией и методикой (видом терапии)
Первое, что хотелось бы подчеркнуть: любая терапия – это набор отдельных приёмов и целых блоков-процедур (алгоритмов), применяемых для решения проблемы клиента. Теория – это установленная закономерность или совокупность взаимосвязанных (это важно!) закономерностей.
Для чего нужна теория
Теория личности – это то, с помощью чего мы можем строить терапевтические гипотезы, в соответствии с которыми и будем выбирать конкретный вид терапии. Закономерность (и описывающая её теория) одна, а видов терапии на её основе может быть много. Иначе говоря, для работы психотерапевту прежде всего нужна теория личности: описание закономерностей, в силу которых человек приобретает устойчивые желания, сопровождающие его всю жизнь. Именно эти желания формируют его характер, ценности, направляют к определённой деятельности и заставляют сближаться с определённого типа людьми (в том числе вступать в брак). Но, к сожалению, если мы возьмём, например, объёмный труд Д. Хьелла и Д. Зиглера «Теории личности», мы не найдём там ни одного учения, демонстрирующего конкретный механизм, как человек становится таким, какой он есть. Теория доминирования в психологии человека раскрывает этот механизм и предлагает конкретный алгоритм, которым может воспользоваться любой психолог. (См. подробнее «Учения о жизненных сценариях и теория доминирования»).
Признаки работающей теории
Важно заметить, что любая теория (не только в психологии) должна быть способна не только объяснить прошлое, но и предсказать будущее. Например, смешивая два вещества, химик пользуется закономерностями, изложенными в таблице Менделеева, и может достоверно предсказать, что получится в итоге. Психологическая теория должна быть способна реконструировать неизвестные событиях из биографии клиента на основе той информации, которая известна (конечно, при условии, что требуемая информация представлена в полной мере, в противном случае речь может идти только об обоснованном предположении). Теория доминирования в психологии человека такой реконструктивной способностью обладает, в связи с чем, как мне кажется, её полюбят те психологи, которым нравится удивлять клиентов своей проницательностью, а затем объяснять, на основе чего было сделано то или иное предположение.
Сочетаемость с другими методами
Теория доминирования (и, соответственно, ТД-терапия) могут использоваться в сочетании с любыми другими видами терапии, поскольку в основе любой методики лежит теория и построенная на её основе терапевтическая гипотеза. Но при этом надо учитывать, что есть методики, суть которых заключается в глубоком погружении клиента в его эмоции с тем, чтобы он смог описать их словами. Прежде всего это эмоционально-фокусированная парная терапия (ЭФТ), где сессия целиком и полностью представляет собой диалог, где пара обменивается сообщениями о своих чувствах в той или иной проблемной ситуации под руководством семейного терапевта. Чтобы не отвлечь пару от глубокого самораскрытия, работу в формате ТД-терапии лучше провести на отдельном занятии. (ЭФТ вообще плохо сочетается с подходами, которые не фокусируются на глубоких эмоциях).
Если же подход подразумевает представление проблемной ситуации (и, соответственно, погружение в тяжёлое эмоциональное состояние, которым эта ситуация сопровождалась) с целью её исследования с периодическим «выныриванием» для беседы о том, как пережитое в воображении соотносится с реальной жизнью, такая беседа может включать в себя исследование по теории доминирования. Глубокое погружение в эмоции носит здесь временный характер, и после того, как оно закончено, вы можете перейти к диагностической беседе с использованием теории доминирования.
Если же подход подразумевает представление проблемной ситуации (и, соответственно, погружение в тяжёлое эмоциональное состояние, которым эта ситуация сопровождалась) с целью её исследования с периодическим «выныриванием» для беседы о том, как пережитое в воображении соотносится с реальной жизнью, такая беседа может включать в себя исследование по теории доминирования. Глубокое погружение в эмоции носит здесь временный характер, и после того, как оно закончено, вы можете перейти к диагностической беседе с использованием теории доминирования.
Эмоциональное состояние при работе в рамках ТД-терапии
Именно в этом подходе догадка терапевта вызывает такую искреннюю радость у клиента, в то время как предположения о человеке вне контекста исследования его семейной иерархии могут вызвать рост сопротивления и раздражение, поскольку в таком случае под прицелом внимания оказывается сам клиент. В случае же ТД-терапии акцент делается на уникальном сочетании свойств людей, которые его окружали. Можно даже сказать, что за всю историю применения ТД-терапии ни один носовой платок не пострадал. Поэтому её полюбят также те, кто хотел бы видеть, как клиент искренне смеётся, обнаружив, как обстоятельства его жизни (порой тяжёлые, страшные) сформировали его уникальный жизненный сценарий, в котором заложена не только «программа несчастья», но и обречённость на определённый успех, который уготован персонально ему. И, конечно, прежде всего теория доминирования найдёт отклик у тех, кто любит чёткие причинно-следственные связи. Возможности теории доминирования в установлении причин и следствий продемонстрируем на следующей задаче.
Задача («Неутолимая потребность»)
Представьте, что к вам пришла женщина и задала следующий вопрос. «Я много чего умею, у меня достаточно широкое образование. Я работала на разных работах и везде справлялась со своими обязанностями. Мой труд замечали и ценили, но всё, чем я занималась в своей жизни, это для меня «на четвёрку». А единственное дело, которое на «пять с плюсом» – то, что я стремлюсь делать в любую свободную минуту, – это писать книги. Однажды мой муж сказал: «Ты действительно счастлива, только когда пишешь». Меня потрясла эта мысль и напугала. Написание чего-либо едва ли может прокормить. Но ведь он прав: я более всего чувствую себя живой именно когда пишу! Скажите, почему меня так увлекло это занятие? Почему я по сути живу им?»
Вам известно, что семья вашей клиентки состояла из матери, отца и бабушки (матери отца). По убеждению матери, писательницей дочь стала потому, что, когда девочка просила «рассказать что-нибудь интересное», мать на ходу сочиняла какие-то истории, похожие на сказки. Кроме того, мать порой писала стихи, которые читала на праздниках.
Большое влияние на клиентку оказала бабушка, которую она любила больше всех. У бабушки была очень хорошая речь: логичная, достаточно эмоциональная, с умением подчеркнуть главное. Часто она рассказывала внучке романы, фильмы или истории из жизни. Порой они с удовольствием смотрели вместе и обсуждали кино.
Главным любителем смотреть телевизор в этой семье был отец. Он проводил за ним по многу часов подряд и смотрел, в основном, эстрадные шоу, научно-популярные программы и художественные фильмы, сопровождая просмотр многочасовым вкушением обеда и критическими комментариями. (Помните героя Светлакова, который сидел перед телевизором и всё критиковал? – «Тимати? У меня такой шампунь в ванной стоит… Как тебя вообще на сцену пустили?» – С той только разницей, что родитель женщины являлся не рабочим, а научным сотрудником, и речь у него была более изысканная). Послушать его, так получается, что и танцор плохо танцует, и у певца звук как-то не так формируется, и переводчик языка не знает, и любой интервьюируемый (врач, юрист, учитель, путешественник и пр.) несёт какую-то околесицу. Когда мать не могла сидеть рядом с отцом во время трапезы и слушать его комментарии, он стелил на грязный стол белый лист бумаги, клал на него какую-нибудь книгу и прочитывал в ней несколько страниц, с видимым удовольствием чавкая котлетами, после чего осторожно ставил её на полку на ближайшие несколько месяцев.
В школе нашей героине повезло: все годы в классе преподавала очень добрая учительница литературы, которую дети любили и уважали. Женщина до сих пор вспоминает, какой хохот стоял, когда та читала вслух наиболее комичные сцены из Мольеровского «Мещанина во дворянстве».
В паре кварталов от родителей и бабушки со стороны отца проживала ещё бабушка со стороны матери, богемная дама, знавшая наизусть несусветное количество стихов и молившаяся на книги, которыми у неё были заставлено всё пространство, кроме узких проходов на кухню и в ванную комнату. В основном это были собрания сочинений классиков мировой литературы, а также книги по истории и географии. Во многих книгах внучка видела различные пометки и комментарии, которые имел обыкновение оставлять дед, ушедший из жизни до вступления нашей героини в сознательный возраст. Впрочем, бабушка, заметившая литературные таланты внучки, заявляла, что она «в деда», потому что тот во время войны вёл дневник и даже делал к нему иллюстрации, а также посылал с фронта безупречные в литературном отношении подробные письма.
Как видите, возможных предпосылок к писательской деятельности «выше крыши». Благодаря какой же из них родилась эта неутолимая потребность? Какое из перечисленных обстоятельств, напротив, могло породить отвращение к литературной деятельности? Какие вопросы следует задать, чтобы это прояснить?
Вам известно, что семья вашей клиентки состояла из матери, отца и бабушки (матери отца). По убеждению матери, писательницей дочь стала потому, что, когда девочка просила «рассказать что-нибудь интересное», мать на ходу сочиняла какие-то истории, похожие на сказки. Кроме того, мать порой писала стихи, которые читала на праздниках.
Большое влияние на клиентку оказала бабушка, которую она любила больше всех. У бабушки была очень хорошая речь: логичная, достаточно эмоциональная, с умением подчеркнуть главное. Часто она рассказывала внучке романы, фильмы или истории из жизни. Порой они с удовольствием смотрели вместе и обсуждали кино.
Главным любителем смотреть телевизор в этой семье был отец. Он проводил за ним по многу часов подряд и смотрел, в основном, эстрадные шоу, научно-популярные программы и художественные фильмы, сопровождая просмотр многочасовым вкушением обеда и критическими комментариями. (Помните героя Светлакова, который сидел перед телевизором и всё критиковал? – «Тимати? У меня такой шампунь в ванной стоит… Как тебя вообще на сцену пустили?» – С той только разницей, что родитель женщины являлся не рабочим, а научным сотрудником, и речь у него была более изысканная). Послушать его, так получается, что и танцор плохо танцует, и у певца звук как-то не так формируется, и переводчик языка не знает, и любой интервьюируемый (врач, юрист, учитель, путешественник и пр.) несёт какую-то околесицу. Когда мать не могла сидеть рядом с отцом во время трапезы и слушать его комментарии, он стелил на грязный стол белый лист бумаги, клал на него какую-нибудь книгу и прочитывал в ней несколько страниц, с видимым удовольствием чавкая котлетами, после чего осторожно ставил её на полку на ближайшие несколько месяцев.
В школе нашей героине повезло: все годы в классе преподавала очень добрая учительница литературы, которую дети любили и уважали. Женщина до сих пор вспоминает, какой хохот стоял, когда та читала вслух наиболее комичные сцены из Мольеровского «Мещанина во дворянстве».
В паре кварталов от родителей и бабушки со стороны отца проживала ещё бабушка со стороны матери, богемная дама, знавшая наизусть несусветное количество стихов и молившаяся на книги, которыми у неё были заставлено всё пространство, кроме узких проходов на кухню и в ванную комнату. В основном это были собрания сочинений классиков мировой литературы, а также книги по истории и географии. Во многих книгах внучка видела различные пометки и комментарии, которые имел обыкновение оставлять дед, ушедший из жизни до вступления нашей героини в сознательный возраст. Впрочем, бабушка, заметившая литературные таланты внучки, заявляла, что она «в деда», потому что тот во время войны вёл дневник и даже делал к нему иллюстрации, а также посылал с фронта безупречные в литературном отношении подробные письма.
Как видите, возможных предпосылок к писательской деятельности «выше крыши». Благодаря какой же из них родилась эта неутолимая потребность? Какое из перечисленных обстоятельств, напротив, могло породить отвращение к литературной деятельности? Какие вопросы следует задать, чтобы это прояснить?
Объяснение к задаче
Прежде всего, необходимо было прояснить семейную иерархию и выявить Доминирующее и Подчинённое лицо в родительской семье до исполнения ребёнком 14 лет. (Критерии выявления Доминирующего и Подчинённого, см. здесь). Допустим, было установлено, что в данном случае Доминирующий – отец, о котором из рассказа клиентки известно, что он имел обыкновение критиковать и обесценивать других людей, в том числе презрительно отзываться о представителях разных профессий. Дискредитированы были практически все. Тем не менее, этот человек уважительно «стелил на грязный стол белый лист бумаги», чтобы положить на него книгу, и читал её без каких-либо критических комментариев, «с видимым удовольствием чавкая котлетами, после чего осторожно ставил её на полку». Ребёнок, наблюдавший за почтительным отношением отца к книге, понял: тот, кто пишет книги, возвышается над тем, кто эту книгу читает.
Подчинённым персонажем в этой семье оказалась мать. Быть похожим на Подчинённого ребёнок не стремится. Такое сходство может восприниматься даже как унизительное. В связи с этим, сочинение матерью сказок и стихов никакого отношения к формированию потребности писать не имеют. Когда кто-либо высказывал предположение, что таланты дочери связаны с влиянием матери, та раздражалась, хотя отношения с матерью у неё были гораздо лучше, чем с отцом, что вполне типично: с Подчинённым, как правило, у ребёнка более близкие отношения, в то время как с Доминирующим зачастую бывает конфликт.
Что касается прочих лиц, упомянутых в этой истории, никто из них людей никогда не смел перечить отцу и никогда не одерживал над ним победу. Все они по своему положению в семье были ближе к положению Подчинённого, чем Доминирующего. Таким образом, иные родственники, а тем более учительница никакого отношения к формированию потребности заниматься писательским трудом не имеют, что и подтвердила героиня этой истории на основе собственных ощущений.
Подчинённым персонажем в этой семье оказалась мать. Быть похожим на Подчинённого ребёнок не стремится. Такое сходство может восприниматься даже как унизительное. В связи с этим, сочинение матерью сказок и стихов никакого отношения к формированию потребности писать не имеют. Когда кто-либо высказывал предположение, что таланты дочери связаны с влиянием матери, та раздражалась, хотя отношения с матерью у неё были гораздо лучше, чем с отцом, что вполне типично: с Подчинённым, как правило, у ребёнка более близкие отношения, в то время как с Доминирующим зачастую бывает конфликт.
Что касается прочих лиц, упомянутых в этой истории, никто из них людей никогда не смел перечить отцу и никогда не одерживал над ним победу. Все они по своему положению в семье были ближе к положению Подчинённого, чем Доминирующего. Таким образом, иные родственники, а тем более учительница никакого отношения к формированию потребности заниматься писательским трудом не имеют, что и подтвердила героиня этой истории на основе собственных ощущений.